Высоких мгновений печать

Когда писатели газет стали поливать грязью паломничество в Умань тут, как сказал поэт, «задели в еврее больную струну».

4 Время чтения

Давид Шенкарь

Опубликовано 18.10.16

И только высоких мгновений 

На жизни увидеть печать.

(Давид Самойлов)

 

Что вам сказать… Нет большего, чем это – быть у меня на Рош а-Шана. Тому, кто был у меня на Рош а-шана, следует радоваться весь год

(Раби Нахман)

 

Вообще-то  я человек ленивый. Аргументирую это тем, что все, как известно, уже сказано, и нет необходимости умножать сущности.  Но когда писатели газет стали поливать грязью паломничество в Умань на Рош а-шана, а читатели газет с явно выраженным удовольствием плодить эту грязь в социальных сетях, – тут, как сказал поэт, «задели в еврее больную струну».

 

В учении раби Нахмана одно из главных мест занимает собрание и совместная молитва Праведника и его учеников на Рош а-шана. От этого зависят не только конкретные судьбы тех, кто удостоился приехать к праведнику, но и судьба всего мира. В своем последнем уроке, который раби Нахман дал в Рош а-Шана перед своим уходом из нашего мира, он дал понять, что эти собрания и молитвы должны продолжаться и после его ухода. На протяжении более 200 лет эта традиция  не только продолжается, но и с каждым годом «подхватывает» тысячи неофитов, многие из которых, однажды побывав в Умани, уже не могут представить Рош а-Шана в другом месте.

 

 В этом году я познакомился в Умани с парнем из Киева. Разговорились. Никаких «бреславских корней» я в нем не обнаружил. Но оказалось, что он приезжает в Умань уже четвертый раз, а в этом году привез с собой еще пятерых друзей. «А вот, – говорит, – видишь эти двое  – они тоже из Киева»… Когда я рассказал об этой встрече своему учителю, он сказал: «Мы не знаем, каким образом праведник воздействует на души людей, но иногда нам это показывают».

 

Интересно, что если при жизни раби Нахмана к нему съезжались на Рош а-Шана сотни хасидов, то сейчас, несмотря на газетно-интернетную грязь, политические бури и финансовые трудности, количество приезжающих в Умань с каждым годом растет, и в этом году уже перевалило за 40 тысяч. Воистину «Велики праведники после смерти больше, чем при жизни»![1] Рав Офер Эрез говорит, что с каждым годом душа Праведника поднимается все выше в духовных мирах, приводя к исправлению новые тысячи душ в нашем мире…

 

Раби Нахман сказал: "Моя Рош а-Шана – великое открытие. Благословенному Творцу ведомо, что я не получил ее в наследие от моих предков. Однако лишь Творец благословенный дал мне это в подарок – ибо я знаю, что такое Рош а-Шана. И не только все вы зависите от моей Рош а-Шаны, но и весь мир зависит от моей Рош а-Шаны" («Хаей Моаран», 405).

 

Человеческому пониманию доступна лишь ничтожная часть  тех удивительных исправлений, которые осуществляются в Умани каждый Рош а-Шана. И все-таки есть в таинстве Умани высокие моменты, когда душа начинает дрожать и петь. Я хочу рассказать о нескольких из них.

 

За несколько часов до начала Рош а-Шана приехавшие в Умань собираются около Циёна[2] и произносят вместе «Тикун а-клали»[3]. Один мой товарищ сказал, что если бы он приехал в Умань только ради того, чтобы произнести вместе со всеми «Тикун а-клали» – этого было бы достаточно. Совместная молитва десятков тысяч людей, которую душа праведника поднимает к Творцу мира. Те, кто присутствуют там в это время,  ощущают это исправление буквально физически. Мне вдруг открылось, почему эта молитва называется «Тикун а-клали» – «Всеобщее исправление». Ведь это относится не только к конкретному человеку, но и ко всему миру!

 

В дни Рош а-Шана Умань преображается в сотни синагог и импровизированных миньянов, в разнообразии которых каждый может найти свое место в предстоянии перед Творцом мира. Но перед заходом солнца первого дня Рош а-Шана многотысячные потоки людей стекаются со всех мест к озеру и заросшей камышом речке, где по традиции совершают обряд «Ташлих»[4]. Когда «Ташлих» заканчивается, в наступающих сумерках зажигается тихая, но крепнущая радость. Тысячи людей соединяются прямо у озера в десятки хороводов, в которых пляшут, взявшись за руки, обладатели  хипповых хвостов на затылке и штраймелов. Круг расширяется, присоединяются все новые и новые евреи. Растет радость, растет единство. Все наносное уходит, остается лишь нерушимая связь душ Израиля, которая приводит Избавление…

 

А на исходе второго дня Рош а-Шана эта радость зажигается уже в полную силу. Ее «подпитывают» оркестры, притягивающие утомленных двухдневной молитвой людей. Бреславские старейшины говорят, что танцы на исходе Рош а-Шана смягчают строгие суды всего наступающего года. Танцующих обходит почтенный седобородый  рав, предлагая каждому стакан воды. А вот другой старик, которому уже хорошо за восемьдесят. Он буквально скрипит. Чувствуется, сколько усилий приходится вкладывать ему в каждое движение. Но, что значит бреславская закалка: постепенно он догоняет молодых и пляшет наравне со всеми. Более того – его радость зажигает других.

 

В центр круга входит пожилой хасид небольшого роста. Несколько уверенных и отточенных движений – и собравшиеся видят, что перед ними мастер каратэ мирового класса. Он «вызывает» из круга молодого парня, который тоже кое-что умеет. Но роли распределяются мгновенно. Молодость просит снисхождения перед опытом. Причем оба демонстрируют это с таким юмором и изяществом, которые невозможно передать. Впервые в жизни я пожалел, что у меня нет с собой кинокамеры. Постепенно люди расходятся: кого-то ждут автобусы, везущие в аэропорт, а кто-то хочет просто немного  поспать перед предстоящим постом[5]. Но наиболее стойкие пляшут до рассвета, а затем сразу же отправляются читать слихот[6]

 

Есть профессиональные писатели газет, которые заслуженно получают свои грязные деньги за то, что раскапывают грязь везде, где ее только можно найти. Да, наверно ее можно повстречать и в Умани тоже. Тем более в Дни Суда, когда все недоброе, что скопилось на душе человека выходит наружу. Некоторые  из приехавших в Умань лишь начинают делать первые шаги к исправлению своей души. Но они откликнулись на призыв Праведника и приехали к нему и тем самим сделали свой выбор. Теперь они связали себя с Праведником, который сказал, что знает корни всех еврейских душ

Поэтому вместо того, чтобы с гордым видом сидеть у компьютера, презирая фанатиков и  фриков,  решивших «оторваться» на неделю от серых будней в популярной  тусовке под кодовым названием «Умань»,  – не лучше ли призадуматься о сути вещей, попытаться посмотреть немного вглубь.  А там, кто знает, может быть, в следующем году и вы тоже будете вести вместе с нами чудесный уманьский хоровод?

 


[1] Трактат Хулин, 7б

[2] Место упокоения раби Нахмана

[3] Десять избранных псалмов Давида, открытых раби Нахманом, произнесение которых помогает исправить все плохое, что было и есть в душе человека

[4] Ташлих (תַּשְׁלִיךְ, `ты выбросишь`), церемония в первый день Рош hа-Шана (обычно на склоне дня), которую проводят возле моря или реки. Название церемонии — цитата из книги пророка Михи: «И Ты выбросишь в пучину морскую все грехи наши» (7:19).

 

[5] Цом Гедалия – пост, который приходится на следующий день после окончания Рош а-Шана

[6] Слихот – молитвы, которые принято читать на рассвете в дни, прешествующие Рош а-Шана, а также мажду Рош а-Шана и Йом Кипуром.

 

напишите нам, что вы думаете о видео

Благодарю за ваш ответ!

комментарий будет опубликован после утверждения

Команда сайта

Добавить комментарий

следующая статья

Дневник путешественника к раби Нахману: то, что происходит в Умани в канун Рош а-Шана, невозможно передать словами.

Featured Products